И, Иранистика, Статьи

Иранистика (доисламский период)

Иранистика (доисламский период) — направление иранистики, которое включает изучение доисламской истории, культуры, литературы, религий и языков Ирана, а также народов, принадлежащих к иранской языковой семье. Как самостоятельная научная отрасль иранистики это направление окончательно оформилось в XX в. на основе ряда отдельных дисциплин: авестологии, согдологии, скифологии, изучения зороастризма, манихейства и т.д.

Зарождение интереса к Ирану и ираноязычным народам на Западе можно проследить еще в Древней Греции и Древнем Риме (Аристей Проконесский, Эсхил, Геродот, Ктесий, Ксенофонт, Квинт Курций Руф, Харес Милитенский, Страбон, Плиний, Птолемей). Этот интерес был обусловлен тесными контактами античного мира с Ираном (греко-персидские войны, завоевание Ирана Александром Македонским, александрийская эпоха, войны Римской империи с Парфией, и Сасанидским государством). В средневековой Европе древний Иран был известен в первую очередь по библейским текстам, рассказывающим об освобождении иудеев из Вавилонского пленения. Различные современные народы Переднего и Среднего Востока, известия о которых доходили до Европы, отождествлялись с персами и мидийцами античных авторов. Интерес к Ирану возрос в ходе первых путешествий на Восток и появления их описаний, а также началом миссионерской деятельности (Дж. Карпини, В. Рубрук, МаркоПоло). В Новое время прагматический интерес, продиктованный необходимостью развития торговых и дипломатических отношений с Персией, коснулся и области доисламской истории государства (И. Барбаро, Пьетро делла Валле, Ж. Шарден). С конца XV в. европейцы стали интересоваться остатками древних памятников (Экбатаны, Персеполь, Накш-и Рустам, Сузы). В XVII в. внимание путешественников привлекла древнеперсидская клинопись. Началось копирование надписей, делались попытки их дешифровки. Главный вклад в дешифровку древнеперсидской клинописи внес Г. Гротефенд в начале XIX в.

Классическое образование в Европе предполагало знание греческого и латыни, умение читать произведения античных авторов, где часто упоминались мидийцы, персы, скифы. Первоначальный интерес к изучению истории домусульманского Ирана был связан с античностью (Т. Хайд, У. Митфорд в 18 в.). Упор делался на взаимоотношениях Ирана с Грецией и Римской империей. Часто подчеркивался альтернативный характер иранской цивилизации по отношению к античной, появился даже термин «иранизм» (Ф. Кюмон), противопоставлявшийся эллинизму, о котором в это же время писал И. Г. Дройзен.

В конце XVIII в. возникла авестология. В 1771 г. французский ученый и путешественник А. Анкетиль-Дюперрон издал первый перевод Авесты на европейский язык (французский). В XIX в. появился ряд других переводов и исследований авестийских текстов (У. Джонс, Р. Раск, Э. Бюрнуф). Многие из этих работ основывались на сравнительно-историческом лингвистическом материале и внесли существенный вклад в формирование сравнительно-исторического индоевропейского языкознания. К концу XIX в. авестология достигает расцвета в трудах таких крупных ученых, как Х. Бартоломе, В. Гайгер, Ф. Гельднер, М. Хауг, Дж. Дарместетер.

В конце XIX–первых десятилетиях XX в. происходит стремительное увеличение исследований, посвященных истории, культуре, языкам древнего и раннесредневекового доисламского Ирана и сопредельных территорий. С конца XIX в. становятся систематическими археологические раскопки на территории Ирана (первые начались в Сузах). Большое количество объектов материальной культуры и письменных источников, принадлежащих иранским народам, было обнаружено в Восточном Туркестане. Были открыты письменные памятники на среднеиранских языках (согдийский, парфянский, хотано-сакский, бактрийский, хорезмийский). На основе найденных письменных памятников зарождаются новые дисциплины, чья широкая специализация иногда выходит за рамки исключительно иранистики. Например, манихеистика, в силу многоязычия корпуса текстов, формировалась усилиями не только иранистов, но также антиковедов, коптологов, сириологов, синологов, тюркологов, арабистов. В согдологию внесли неоценимый вклад синологи и тюркологи. Бактристика, скифология, алановедение своим возникновением обязаны антиковедам.

В 30-е гг. XX в. наблюдается новый всплеск археологических раскопок в Иране, особенно интенсивно проводившихся учеными Чикагского университета. Раскопки осуществлялись в Пасаргадах, Персеполе (Э. Херцфельд, Э. Шмидт, А. Стейн). Эти раскопки не только способствовали дальнейшему изучению собственно древнеиранских памятников, но также позволили сделать ряд важных открытий, связанных с культурой древнего Переднего Востока в целом. Раскопки послужили поводом для рождения в 30-е гг. эламистики — науки, занимающейся комплексным изучением древнего Элама (Дж. Камерон, М. Столпер, В. Хинц). Одновременно развивались исследования истории и культуры Мидии (Ф. Шпигель, Дж. Камерон, Д. Стронах, Р. Гиршман). В это же время происходит открытие новых важнейших иранских памятников 1 тыс. до н.э. (Луристан, Марлик, Сиалк, Хасанлу). В начале 60-х гг. XX в. начинаются археологические раскопки памятников эллинистической Бактрии в Афганистане около селения Ай-Ханум (Д. Шлюмберже). Крупные находки письменных бактрийских памятников обнаруживаются и в настоящее времени, что делает бактристику одной из самых актуальных дисциплин иранистики.  С другой стороны, такие же перспективы сложились для изучения доисламского Хотана, в изучение которого в последние десятилетия особый вклад вносят ученые из Китая и Японии.

Одной из характерных черт иранистики XX в. является поляризация научных интересов: с одной стороны, это изучение иранских народов в исламский период их истории, с другой — изучение древней истории, культуры, религий и языков иранских народов (Ф. Андреас, Х. Бартоломе, Э. Бенвенист, Х. Бейли, М. Бойс, Э. Вест, И. Гершевич, Р. Гиршман, Ж. Дюшен-Гийемин, Ф. Жинью, Р. Г. Кент, С. Конов, Ж. Лазар, Д. Н. Маккензи, Й. Маркварт, М. Моле, Х. С. Ньюберг, Р. Фрай, И. Харматта, В. Б. Хеннинг, П. Хорн, Ф. Юсти, М. Майрхофер, Р. Э. Эммерик, В. Зундерманн, и др.). В конце XX–начале XXI вв. проблематикой, связанной с изучением домусульманского периода Ирана и иранских народов на Западе занимаются Ф. де Блуа, Ф. Грене, Ж. Келленз, Г. Ньоли, М. Мацух, А. Хинце, А. Кантера, А. Панаино, Н. Симс-Вильямс, К. Черети, П. О. Шерво, Ш. Шакед, Р. Шмитт и др.

До XX в. в самом Иране господствовали средневековые научные методы исследования, зародившиеся в результате культурного симбиоза с арабской традицией. Имел место интерес исключительно к мусульманскому времени. Интерес к изучению домусульманского Ирана в иранском обществе возник во второй четверти XX в. в результате имперской политики Реза-шаха Пахлави. Древнюю историю и мертвые иранские языки начали преподавать в университетах и изучать в институтах Академии наук. Интерес к этому периоду не угас и после исламской революции 1979 г. Специалисты по древности занимались критическим изданием древних источников, главным образом на среднеперсидском языке, позже появились полноценные научные монографии по истории, литературе, языкам, религиям древних иранцев (М. Абу-л-Гасеми. Д. Акбар-заде, Х. А. Багбиди, Б. Гариб, Й. М. Навваби, С. Орйан, С. Х. Таги-заде, А. Тафаззоли и др.). Во второй половине XX в. наблюдается очередной подъем интереса к археологическим раскопкам памятников древнего и домусульманского Ирана, связанный с началом проведения самостоятельных раскопок и формированием национальных археологических школ (А. Сами, Э. Негахбан, А. Али-заде и др.).

Некоторые районы северной Индии (Гуджарат, Бомбей, Калькутта) традиционно были центром парсийского зороастизма. От индийских парсов получил Авесту и пехлевийские комментарии А. Анкетиль-Дюперрон. С XIX в. парсы получали европейское образование, некоторые учились в Европе у ведущих специалистов по авестийскому и среднеперсидскому языкам. В XX в. ученые, связанные с парсийской духовной традицией, подготовили немало критических изданий авестийских и пехлевийских текстов, а также опубликовали ценные оригинальные монографии (М. Дхалла, Б. Анклесария, И. Тарапоревала, К. Э. Канга, Ф. Котвал и др.).

В России направление иранистики, изучающее древние иранские языки, возникло во второй половине XIX в. (К. А. Коссович, К. Г. Залеман, К. А. Иностранцев, С. Ф. Ольденбург, Ф. А. Розенберг). Иранистика в России с конца XIX в. была тесно связана с исследованиями археологических памятников на территории юга России, Средней Азии и Кавказа. В ходе археологических раскопок скифских курганов на Украине и Северном Кавказе, стала складываться скифология, которая во второй половине XX в. оформилась как самостоятельная научная дисциплина (И. Е. Забелин, М. И. Ростовцев, Б. Н. Граков, А. И. Тереножкин, Д. С. Раевский и др.). В конце XIX–начале XX вв. стали регулярно проводиться археологические исследования в Средней Азии, вошедшей в состав сначала Российской империи, а затем СССР. Начиная с 20-х гг. XX в. советские археологи сделали немало важных открытий на территории среднеазиатских республик СССР в области изучения языков, истории и культуры Бактрии, Согда, Хорезма. После открытия в 1932 г. в Айртаме на Амударье (Бактрия) буддийского монастыря был организован целый ряд научных экспедиций, в том числе термезская комплексная экспедиция на юге Узбекистана, Хорезмская экспедиция под руководством С. П. Толстова в низовьях Амударьи, Зеравшанская экспедиция под руководством А. Ю. Якубовского, экспедиция под руководством А. Н. Бернштама на юге Казахстана, Южнотуркменистанская комплексная экспедиция М. Е. Массона, Согдийско-Таджикская экспедиция А. Ю. Якубовского. В результате археологических раскопок в Таджикистане (гора Муг) и Туркменистане (Новая и Старая Ниса, Топрак-кала) было обнаружено и дешифровано большое количество письменных источников на среднеиранских языках (согдийском, парфянском, хорезмийском). Позже начинаются раскопки бактрийских памятников в Тахт-и Сангин и Кара-тепе, согдийских в Пенджикенте и Пайкенде. На базе экспедиций возникают археологические школы: ленинградская, московская, ташкентская и кафедры археологии (А. М. Беленицкий, М. М. Дьяконов, Г. А. Кошеленко, Е. Е. Кузьмина, Б. А. Литвинский, Б. И. Маршак, И. Р. Пичикян, Б. Я. Ставиский, С. П. Толстов, К. В. Тревер, В. А. Шишкин и др.).

С начала XX в. иранистика, изучающая домусульманский период в истории иранских народов, развивается в России в рамках отдельных дисциплин — археологии, истории, филологии, языкознания. Исторические и культурологические исследования представлены работами В. В. Струве, М. А. Дандамаева, В. Г. Луконина, Н. В. Пигулевской, А. Г. Периханян, Э. А. Грантовского, А. И. Колесникова и др. Выделилась в самостоятельную отрасль и достигла большого развития иранская филология — текстология, лингвистика, составление словарей древне- и среднеиранских языков (А. А. Фрейман, В. И. Абаев, М. Н. Боголюбов, В. А. Лившиц, В. С. Расторгуева, Дж. И. Эдельман, И. М. Стеблин-Каменский, О. М. Чунакова, Е. К. Молчанова, П. Б. Лурье и др.).

Во второй половине XX в. центрами иранистики, занимающейся исследованиями доисламского периода истории и культуры иранских народов, становятся университеты и музеи Кембриджа, Лондона, Парижа, Берлина, Рима, Чикаго, Саламанки, Санкт-Петербурга (Ленинграда), Еревана. Появляются новые центры в Иране, Японии. В мире постоянно проводятся конгрессы по иранистике, включающие доисламскую тематику. Издается многочисленная периодика; ряд изданий посвящен исключительно вопросам изучения древнего и раннесредневекового периода истории и культуры ираноязычных народов.

 

библиография:

Брагинский С.И. Из истории иранистики // Иран, М., 1971; История отечественного востоковедения с сер. XIX в. до 1917 г. М., 1997; Оранский И. М. Введение в иранскую филологию, М., 1960.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.